Майор израильского спецназа о действиях полиции на мосту Метро: Сработали правильно

Майор израильского спецназа о действиях полиции на мосту Метро: Сработали правильно

Майор израильского спецназа о действиях полиции на мосту Метро: Сработали правильно

Майор израильского спецназа о действиях полиции на мосту Метро: Сработали правильно

Суд не был так снисходителен к «террористу» Алексею Белько, как министр МВД Арсен Аваков и ветераны АТО. Его не отдали на поруки, а заключили в СИЗО с правом внесения залога без малого в 300 тысяч гривен. Денежный вопрос еще решается, а в обществе продолжаются споры о том, права ли полиция в своих мягких действиях к человеку, который четыре часа держал большой город в заложниках, и кем, собственно, является этот старший сержант Белько: жертвой посттравматического синдрома или собственного эгоизма.

«КП» в Украине» побеседовала с майором Армии обороны Израиля Михаилом Верцнером, который хорошо знает состояние дел в нашей армии, являясь консультантом и волонтером ВСУ.

— Виктор, ваша страна давно живет в состоянии войны и постоянной террористической угрозы. Вот если бы такое случилось у вас, с вашим гражданином, который был на фронте?

— Если бы человек открыл огонь по людям, представлял очевидную опасность, тогда бы стреляли на поражение. А до того момента — нет, попытались бы решить проблему, как и в Киеве. Украинская полиция сработала правильно.

— Вновь заговорили о том, что бойцам, побывавшим в зоне боевых действий, не предоставляется правильная реабилитация.

— Военная психология для Украины совсем юная наука, с ней не сталкивались вплоть до 2014 года. Вводить психологов в подразделения начали в 2015 году. Они учились на ходу и не смогли все усвоить. Необходимо больше привлекать специалистов из-за рубежа или отправлять ваших психологов на учебу. Это пытались делать на уровне тренингов, но они занимали несколько дней и не были такими эффективными.

И еще я видел, что в украинской армии психологов часто используют не по назначению. Это молодые, умные ребята, они выполняют много разной работы, но не свою основную.

— А как это происходит у вас?

— Во-первых, каждый солдат имеет право в любой момент обратиться к военному психологу в отделении. Во-вторых, командир несет ответственность за состояние солдат. Если видит что-то тревожное, он сам обращается к психологу, и тот начинает работать. Командиры постоянно проходят тренинги у психологов. После военных операций все, кто были в зоне столкновений, разговаривают с психологом. Кроме того, существует реабилитационные центры.

— У нас они тоже есть, но попасть туда можно в большинстве случаев через психиатра. Людей пугает это «психо».

— Это проблема всех постсоветских стран. В начале 70-х годов так было и в Израиле, когда посттравму не считали травмой. Сейчас у нас сходить к психологу, психиатру то же самое, что к семейному врачу. Нужно со школы менять отношение к таким специалистам. В семьях этого, к сожалению, не делают. 

— Вы лично сочувствуете Алексею Белько?

— Однозначно. Павда, я не могу знать, что стояло за его поступком. Может, это крик о помощи, может, человек просто хотел привлечь к себе внимание ради известности. С ним должен работать психолог, ему нужно назначить экспертизы.

— Белько рассказывал, что не находил понимания с молодыми офицерами. Многое военные жалуются, что армия сама по себе психотравмирующий фактор.

— Естественно. В украинской армии, и я видел это изнутри, есть много командиров, которые, мягко говоря, с неуважением относятся к солдатам. У нас все несколько иначе. Когда заканчивается процесс обучения солдата, проходит стадия… В языковом переводе с иврита это означает «сломать дистанцию». Нет такого, чтобы отдавали честь старшему, командира называют по имени. Мы можем сидеть с солдатами вечером и петь под гитару песни. Но я знаю, что эти ребята в бою будут слушать мои команды. После боя они имеют право задавать мне вопросы, спорить со мной, и я буду обязан объяснить свое решение.

КСТАТИ

Жители Израиля: «У нас тоже сразу не стреляют»

Мнение о том, что в зарубежных странах с потенциальными террористами обходятся жестко, на самом деле преувеличено. Каждый израильский военный получает инструкцию для его применения в случае угрозы: сначала нужно обратиться к нему на арабском, если не останавливается, нужно стрелять в воздух, затем в нижнюю часть туловища и только после этого на поражение.

— У нас изначально думают о террористе арабского происхождения. Возможно, человек, который служит в спецназе или в полиции, имеет другую инструкцию. Если он видит, что речь идет не о террористе, а о городском сумасшедшем, то и действовать будет иначе, объясняет жительница Израиля Элла, которая прошла военную подготовку.

В то же самое время в Израиле часто встречается мелкий терроризм, когда палестинец с ножом выбегает на улицу и пытается зарезать мирных прохожих.

— В такого сразу стреляют, даже если это женщина. Но после применения оружия израильский военный обязан объяснить в суде, насколько законными были его действия, — отмечает израильтянин Дмитрий.

А В ЭТО ВРЕМЯ

Сослуживец Белько: «Он мечтал вернуть Крым в Украину»

Иван Уманский служил вместе с Алексеем Белько в составе 8-го отдельного полка специального назначения Хмельницка в период с 2015 по 2017 год. Уманский был автомехаником, а Белько — снайпером.

— Последний раз я видел Алексея 10 месяцев назад, он был очень расстроен, — рассказывает бывший сослуживец Белько. — Расспрашивать я не стал, но сильно удивился. Обычно он улыбчивый парень.

Хотя некоторые замечали за Белько странности, смеялись над его прической с хвостиком. А еще он был всегда очень патриотично настроен, рвался в бой за Украину, за Крым, откуда сам родом.

— Он действительно мечтал вернуть Крым, для него это было больной темой, — говорит Иван. — Но он никогда не затевал конфликтов на патриотической почве, даже не помню, чтобы с кем-то ссорился. Всегда соблюдал с людьми определенную дистанцию, не говорил о семье и своих личных переживаниях. У нас на службе никто даже не знал, есть ли у него жена, дети, родственники.

Наш собеседник утверждает, что Белько в период их знакомства не прикасался к наркотикам.

— Проблем с алкоголем или травой у него раньше не было. На фронте многие этим злоупотребляют, но Беля к их числу не относился, — говорит Иван Уманский.

А вот проблемы с командирами, считает военный, могли возникнуть. Алексей считался прямолинейным человеком и всегда умел отстаивать свое мнение. 

— Потому, скорее всего, у него и начались проблемы в Броварах с молодыми командирами. Это не тот человек, кто будет кому-то прислуживать. Нашла коса на камень, вот и все, — заключает бывший сослуживец.

И добавляет, что Алексея в халатном отношении к службе раньше никогда не замечали.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Эксперты оценили действия полиции на мосту Метро

Около четырех часов длилась спецоперация по обезвреживанию военнослужащего Алексея Белько, который угрожал взорвать в Киеве мост Метро. Полиция оценивает свою работу на «отлично», руководители операции заслуживают всяческих похвал. Однако в соцсетях в адрес полицейских высказывается немало критики, даже выдвигается версия, что это было шоу ради поднятия престижа министра МВД Арсена Авакова – чтобы крепче держался в отвоеванном у новой власти кресле.

Источник: https://kp.ua/incidents/647682-maior-yzraylskoho-spetsnaza-o-deistvyiakh-polytsyy-na-mostu-metro-srabotaly-pravylno